Если вам, как и мне, кажется, что поход к психологу – это примерно то же самое, что добровольно записаться на допрос в особый отдел с последующей пожизненной рассылкой ваших самых постыдных секретов по всем чатам родственников, то вы, вероятно, типичный российский мужчина. Моя история началась с того, что жизнь настойчиво начала намекать мне на свою абсурдность. Жена, с которой я прожил пятнадцать лет по четкому графику «работа-дом-диван-футбол», вдруг завела речь о «духовных скрепах», причем не тех, о которых кричат с экрана, а о каких-то своих, внутренних. Оказалось, что моя стабильность, которую я считал гранитным фундаментом бытия, она воспринимала как дубовый гроб, а моё легкое хобби в виде пятничной бутылки пива с друзьями в гараже – как признак запущенного алкоголизма.
Кризис назрел, как фурункул на самом неудобном месте. Варианты решения проблемы, как у любого нормального мужчины, были таковы: 1) Забить. 2) Залить. 3) Уйти в запой. Но тут мой друг, «эффективный менеджер» из одной IT-конторы, где сотрудникам в штатное расписание вшиты сеансы психологической «прочистки мозгов», с умным видом заявил: «Тебе нужен специалист! Это же цивилизованно!». Фраза «цивилизованно» подействовала на меня, как красная тряпка на быка, но отступать было некуда. Жена уже вовсю косилась на окно, оценивая его потенциал для моего полета, а друзья в гараже, выслушав мои стенания, вынесли вердикт: «Да забей, хуйня это все». Русская народная психотерапия в ее чистейшем виде. Помогло ровно на два часа, пока не кончился коньяк.
Итак, я, вооружившись скепсисом и кредитной картой, отправился на поиски целителя души. Запрос «хороший психолог Москва недорого отзывы» привел меня к дверям кабинета некоей Вероники Станиславовны. Первое, что бросилось в глаза – обилие статуэток кошек и пледов с оленями. Возникло стойкое ощущение, что я попал не на сеанс психотерапии, а на ритуал по вызову домового. Вероника Станиславовна встретила меня взглядом, полным вселенской скорби и понимания, что вот он, очередной бедолага, которого жизнь приперла к ее порогу.
Сеанс первый: открытие Америки в отдельно взятой голове.
– Расскажите о своем детстве, – начала она, заваривая травяной чай, пахнущий забвением.
– Нормальное детство. Двор, футбол, родители работали.
– А часто ли вас бил отец? – спросила она с таким видом, будто спрашивала о прогнозе погоды.
– Ни разу. Он был инженером.
– А мать? Она вас унижала? Возможно, игнорировала ваши потребности?
Я почувствовал себя на месте преступления, которого не совершал. Вероника Станиславовна явно пыталась откопать в моей биографии травму, которой там не было, как старатель, упорно ищущий золото в песочнице. Вместо того чтобы говорить о моей жене, мы полчаса обсуждали, почему в пять лет я не плакал, когда мне купили не ту машинку. К концу сеанса у меня сформировалось три новых комплекса, о которых я раньше и не подозревал. Вероника Станиславовна, довольная, как слон, выписала мне «домашнее задание» – поплакать перед зеркалом, «выпуская внутреннего ребенка». Я вышел на улицу с ощущением, что мне не просто насрали в душу, а сделали это с таким видом, будто оказали невероятную услугу.
Сеанс второй: вскрытие без анестезии.
На втором сеансе мы перешли к жене. Я попытался объяснить ситуацию: мол, жили себе, не тужили, а тут бац – и кризис среднего возраста у нее, а страдаю я. Вероника Станиславовна выслушала и вынесла вердикт:
– Вы, дорогой мой, – типичный абьюзер. Ваша стабильность – это инструмент контроля. А ваше желание провести пятницу в гараже – не что иное, как бегство от ответственности и инфантилизм.
Я онемел. Из жертвы обстоятельств меня за два присеста превратили в главного злодея семейной саги. Мне стали внушать, что все мои модели поведения порочны, а единственный шанс на спасение – это продолжать ходить на сеансы, дабы «проработать глубинные установки». Стало понятно, что принцип работы этого «специалиста» прост: сделать так, чтобы клиент никогда не покидал его кабинета. Это как подсесть на иглу, только вместо наркотика – регулярные порции чувства вины и ощущения собственной ничтожности, которые «добрый доктор» только один и может временно облегчить.
Я вспомнил слова друга из гаража: «Хуйня это все». В тот момент они показались мне не грубостью, а вершиной житейской мудрости. Поход к психологу обошелся мне в круглую сумму и в кучу новых нервных расстройств. Я понял главное: в России, где нет ни культуры психотерапии, ни реальной ответственности таких «целителей» за последствия, подобный поход – это русская рулетка. Вместо того чтобы помочь, вам могут так насрать в мозги, что потом только священник отпевать будет, да и то, вряд ли.
Выводы типичного российского мужчины, который ни хера не понял, но кое-что осознал.
Итак, стоит ли обращаться к психологу в России? Если вы не айтишник из «Яндекса», у которого это входит в соцпакет, и не любитель добровольной эмоциональной порки, то нет. С большой вероятностью вы нарветесь на Веронику Станиславовну, которая будет лечить не вас, а свои финансовые проблемы. Российская психотерапия – это дикий запад, где каждый сам за себя.
Что же делать обычному работяге, которого пилит жена? Мой вам совет, основанный на горьком опыте: лучший психотерапевт – это профилактика. Не ждите, когда мир рухнет, а потихоньку, с критическим умом, изучайте, как устроены отношения, почему люди сходят с ума и что делать, чтобы не оказаться у разбитого корыта в пятьдесят лет. Читайте, наблюдайте, анализируйте. Ваша голова – ваш главный инструмент. И иногда лучшая терапия – это не платить деньги за бубнеж о «внутреннем ребенке», а выйти в гараж, открыть бутылку с другом и услышать простое, гениальное: «Да забей, хуйня это все». Проверено. Работает. По крайней мере, до следующего кризиса. А там, глядишь, и до батюшки дойдем – каяться в грехе излишнего доверия к сомнительным специалистам.
Об авторе
