Я просыпаюсь раньше будильника. Сердце долбит, как будто внутри кто-то орёт: «Выпусти меня отсюда, придурок!» Комната — тишина. Только холодильник на кухне хрипит, как старый алкоголик после трёх запоев и одного майонеза.
Сын — в своей комнате. Дочь — с ней. Хотя нет… С ней за стенкой. Точнее, с нами — в одной квартире, но не в одной жизни.
Мне 37. Классический возраст — уже не мальчик, ещё не покойник. У меня двое детей: старшему — 17, младшей — почти два. Бывшей жене — 39. Хотя по паспорту мы ещё «муж и жена». Формально. По факту — два кубика льда в одном стакане. Касаемся, но не смешиваемся. Только дребезжим по утрам от контакта.
Мы поженились в университете. Из бедности, из честности, из «ну давай уже». Не из сказки. Я был готов к трудностям. Я же из тех идиотов, кто верит: «если ты рядом, всё можно пережить». Спойлер: нельзя.
Жили нормально. Без блеска. Стабильно. Работа, сын, ремонт, пять лет в очереди на отпуск. Без измен, без истерик. Не потому что «любовь до гроба». А потому что я — мужик. Долг, забота, ипотека. Три кита отношений. Только забыл четвёртого — желание.
Потом родилась дочка. Сюрприз на поздних сроках брака. И я снова пошёл по кругу: пелёнки, каши, бессонные ночи. Я был рядом. Не герой. Не спаситель. Но был.
А потом — родительское собрание. Я возвращаюсь поздно. Уставший. Стандартно. Она — на кухне. Сидит. Молчит. Лицо как у следователя в момент, когда он уже всё знает.
«Нам надо развестись», — говорит. Не орёт. Не плачет. Как будто сообщает, что выключит воду на два дня.
Я стою. Я же всегда стою. Потому что если не я — кто?
Сначала я искал виноватого. Угадайте кого? Себя. Толстел? Было. Секс — редкий. Зубы — заброшены. Усталость — хроническая. Но я же не ушёл. Я держался. А она — пошла вон. Сначала душой. Потом и телом.
Появился Вася. Да, Вася. Не Бенедикт, не офисный Артём. А Вася. Крестный дочки наших друзей. Я его знал. Мы даже бухали однажды. Приятный, улыбчивый, такой «душа-компании», которая теперь спит с моей бывшей.
Сначала я думал: ерунда. Потом — переписки. Потом — встречи. Потом — поездки к нему. С дочкой. Она не скрывала. Типа: «Ну а что, мы уже всё обсудили».
Я бесился. Ревновал. Орал. Потом — умолял. Было всё. Унижения уровня «дно». Не выгнал. Потому что дочка. Потому что идиот. Потому что надеялся. Надежда — самый вредный наркотик.
Она съехала. Тихо. СМС: «Прости, мы уходим». Я вытер лицо. Убрал с полок семейные фото. Курил на балконе. Даже не плакал. Просто сел и молчал. Впервые без боли. Только пустота.
Через два дня — звонок: «Можно вернусь?»
Вернулась. Без пафоса. Без цветов. Просто пришла. Как будто не было Васи, не было ухода. Как будто мы встали на паузу. Ради дочки. Я пустил. Потому что не знал, что делать иначе.
С тех пор — живём параллельно. Она — с дочкой. Я — с сыном. На кухне встречаемся, как персонажи сериала, у которых нет общих сцен.
Переписки с Васей продолжаются. Я вижу. Она думает, что я слепой. Или мёртвый. Иногда кажется — это одно и то же.
Весной решили — развод. Тихо. Без адвокатов в бронежилетах. Сын — со мной. Дочка — с ней. Квартира пока общая. Деньги — пополам. Войны нет. Есть молчание. Оно громче, если честно.
Иногда она строит планы. «А вот здесь, — говорит, — сделаю игровую для младшей. А ты с сыном…»
Я: «Мы вроде как разводимся».
Она: «Ну да».
Я: «Так что дальше?»
Она: «Я не знаю…» — и уходит. Вечно уходит, но почему-то остаётся.
В пятницу — адвокат. Будет красиво. Дежурная вежливость, пара подписей, кофе с горечью.
Иногда я стою у окна. Курю. Смотрю в сторону квартиры Васи. Свет не горит. Или мне кажется. Он не враг. Он симптом. Болезнь — это мы. Давно. Только лечиться поздно.
Сын взрослый. Молчит. Готовится к экзаменам. Думаю, он всё видит. Всё понимает. Просто не говорит.
Дочка — маленькая. Слишком. Думаю, всё чувствует. Дети вообще чувствуют, даже если не понимают. Особенно когда в доме тишина, как в морге.
Я не жду новой любви. Какая там любовь? Кому я нужен? Мужик 37 лет, с двумя детьми, с ипотекой и хронической усталостью? На Tinder такие фильтры даже не ставят.
Иногда думаю — может, завести кошку? Или начать пить? Но боюсь — и кошка уйдёт к Васе.
Говорят, после развода жизнь начинается заново. Но никто не уточняет — где. У нас пока всё начинается всё ещё здесь — под одной крышей, с разделённой едой и общим прошлым.
В пятницу развод. Наверное. Или опять: «давай подождём».
Я не знаю, что будет потом. Возможно, ничего. Возможно, будет легче. Возможно — просто по-другому. Главное — не хуже.
Я тушу сигарету. Обещаю себе бросить. Завтра. Или после пятницы. Или когда исчезнет тень в коридоре.
Но сегодня я просто хочу…
Не кричать.
Не плакать.
Просто дышать.
Хоть немного.
Об авторе
