Меня зовут Никита. Мне двадцать семь. Вроде бы ещё не старик, но морщины на лбу уже не от смеха, а от счетов. Семья у меня полная, классическая: папа рулит — до тех пор, пока мама не скажет, что он больше не рулит. Мама — главнокомандующий, батя — номинальный директор без права подписи. Я — маменькин сынок, а кто ещё в семье один? Генетический айфон — долго собирали, дорого обошёлся, теперь треснул экран.
А потом появилась она.
В тот день было солнце, кофе и звонок от друга:
— «Слушай, тут есть одна… не местная, но красотка, фигура — как у фитнес-модели, только с глазами».
С глазами, Карл!
Я повёлся. Через три дня уже возил её с работы на машине, покупал цветы, катал на шашлыки и называл «солнышком моим ясным». Я был влюблён. Не в неё. В образ. В эту мифическую богиню с бедрами, характером диктатора и голосом, от которого я терял волю.
Через месяц был секс. Через полгода — знакомство с родителями. Через год — ультиматум:
— «Либо женимся, либо я еду к маме!»
А я что? Я — олень в период гона. Мотнул в её родной город, встретил папу-подкаблучника, маму-комиссара, сестру-сверхзрелую девственницу и понял: я в беде.
Мы сидели с будущим тестем, пили вискарь. Он мне тихо шепнул:
— «Сынок, если собрался — не отступай. Но знай: обратно дороги нет».
Тогда я подумал, что он просто пьяный. А он, оказывается, пророк.
Вернулись в Питер, съехались ко мне. Четырёхкомнатная квартира в центре, живём с моими. Я на подъёме, она — вроде ничего. Готовит, убирает, помогает на даче, в Финляндию сгоняли — даже с её мамой. Думаю: ну вот, живём. Пока не началось.
Звоночки:
— «Я не собираюсь выполнять приказы твоей мамы!»
— «Я не раба!»
— «Грядки? В выходной? Ты нормальный вообще?!»
Я уже влюбился в неё настолько, что мог бы подарить ей левую почку. Через неделю — шантаж:
— «Либо женимся, либо я уезжаю к маме».
Подаём заявление. Покупаю кольцо. Говорю родителям — они в шоке:
— «Ты чего, Никит? Очнись!»
А я — не слышу. У меня в ушах сирены любви и трусы на голове. Родители БЖ выдают 200 тысяч, она на следующий день покупает белое платье. Возвращается — дома скандал. Мама на неё с криком:
— «Ты что, решила жениха увести из-под крыла матери?!»
Я — за неё. Скандал.
Переезжаем в однушку к её сестре, беру новую работу, денег нет, счастье… ну, где-то было на старте.
Через три недели — залет.
Моим родителям запрещено появляться на свадьбе. Еле пробил вход по фейсконтролю. После — ад.
БЖ не готовит, не убирает, не стирает, спит до обеда, потом «Дом-2», потом говорит, что устала.
Я в это время — работаю в офисе днём, ночью — в такси.
Сплю по 3 часа. Денег всё равно не хватает. Сил нет. У меня седые брови, вылетели зубы, друзья думают, что я в Witness Protection.
Итог: родилась дочка. Красивая, моя копия, как будто судьба решила посмеяться. Я — с ней. Всё время. Купаю, гуляю, баюкаю.
А БЖ — всё больше отдыхает.
Подарки от моих родителей — выкидывает на помойку.
Резина на мою же машину — оставляет, а одежду — в мусор.
Я глотаю, как таблетки. Ищу в себе вину.
Потом — вышла на работу. Две недели. Потом:
— «Я устала тащить на себе семью!»
— «Где деньги?»
Я смотрю в зеркало: у меня лицо лемура на нервном срыве.
Говорю:
— «Слышь, могу дать тебе возможность тащить — дай повод!»
Ответ: скандал.
Приходит тёща.
Каждый день.
Как демон из «Заклятия».
Всё командует.
Моей матери — бан.
Друзей — нет.
Хобби — нет.
Жизни — нет.
Зато есть:
— Вечные упрёки.
— «Ты дома ничего не делаешь».
— «Ты живёшь за счёт моей мамы».
— «Ты неудачник».
А я мою полы, готовлю, езжу в магазин, вожу всех на шашлыки.
Друзья зовут на опен эйр с палатками.
Скандал.
— «Если ты не нагулялся — пошёл вон!»
Собираю вещи. Переезжаю к другу. Подаю на развод. Проходит неделя. Пытаюсь увидеть дочку — запрещает. Через адвоката — тяну алименты, плюс кредит на тачку (для неё же), которую я уже не вижу. Телевизор, плойка, ноутбук, зубная щётка — всё ей. Гуляю с мелкой тайком.
Плачу.
И думаю: а ведь я реально был хорошим парнем. Весёлый. Амбициозный. Надёжный. Влюбчивый. А стал — сломанный мужик в футболке из секонда, с папкой алиментных дел.
Но знаешь что?
Через месяц после переезда я встаю в шесть утра. Сварил кофе, сел на балконе. Смотрю, как просыпается город.
И вдруг — вдохнул.
Впервые за два года — вдохнул полной грудью.
Нет тёщи.
Нет скандала.
Нет визга, что я ничего не делаю.
Нет, блин, «Дом-2».
А я — живой.
И у меня снова есть друзья, мечты, цель.
Я даже сходил в спортзал и снова почувствовал мышцы. Провёл с дочкой выходные. Настоящие выходные — без прицельного надзора. Она смеялась. Я — плакал.
Люблю ли я её? БЖ, в смысле.
Да.
Но, брат, любовь — не контракт на рабство.
Если ты любишь и при этом превращаешься в тень, это не любовь. Это — самоубийство на медленном огне.
Так что да. Я ушёл.
Подал на развод.
Судимся за ребёнка.
Жизнь идёт.
И знаешь что?
Когда я в следующий раз влюблюсь, я не позволю себе снова быть ковриком у двери.
А та поездка с палатками?
Была лучшей ночью в моей жизни.
Я сидел у костра, в руках пиво, рядом друг, сверху звёзды, в душе — тишина.
И я понял: свобода — она не бесплатная.
Но она того стоит.
Об авторе
