Мне 24. Ребёнку — три.
Молоды, прекрасны, без ипотеки. Ну, кроме одной — наивности.
Мы были вместе с 16 лет. Такая прям идеальная романтическая история, где я у неё первый, она у меня тоже первый, и всё это настолько ванильно, что если бы это был сериал, то он бы шёл по Disney+ и заканчивался песней в духе «We’re all in this together».
Отношения были классные. Ну, если не считать того, что в них постоянно вмешивалась тёща. Её мама. О, мама! Эта женщина имела такой уровень доступа в наши дела, что ЦРУ бы обзавидовалось. Она знала, кто когда что ел, с кем я переписываюсь, и что именно я имел в виду, когда сказал «ну я подумаю». Как она это понимала — загадка. Возможно, у неё дома была доска с ниточками, как у Шерлока, и карта с моим маршрутом передвижения.
Мы с девушкой встречались, но вместе не жили — то есть каждый жил у своих родителей.
И всё вроде шло нормально, пока где-то 4 года назад не началась эмоциональная Арктика: холод, игнор, обиды без причины, извинения без смысла. Типичная юношеская «игра в молчанку», где никто не выигрывает, кроме вашего психотерапевта лет через пять.
И вот, спустя две недели этого ледникового периода, набираю ей сам. Мужик, типа. Звоню — а она, оказывается, у бабушки в деревне. И между разговором о том, как у неё дела, и тем, что она варит компот, внезапно вбрасывает:
«Я беременна».
Что?..
«Уже давно знала».
Что?..
«Не говорила, потому что знала, что ты будешь против».
ЧТО?!
Тут у меня короткое замыкание в голове, сломался внутренний Windows. Сижу, туплю. Беременность как гроза в ясный день: шёл себе спокойно, и тут по голове — тест с двумя полосками.
Я, конечно, не бездушный чудовище, но мы оба учились, мне надо было через год ехать на стажировку за границу, у неё — ещё три года учёбы, и денег не было вообще. Какой, простите, ребёнок?
Поехал к ней. Сел. Серьёзный, как налоговая в апреле. Говорю, мол, давай обсудим. Она — глухо, как в танке:
«Я всё решила. Я рожаю».
Говорю ей, что это не взрослая позиция, а истеричная. Что ребёнок — это ответственность, а не мем с пандой.
Наорал. Сгорел. Уехал.
Через час — звонок от тёщи. Как думаете, чего она хочет? Пирожков предложить? Ага, держи карман шире.
Встреча.
Она смотрит на меня, как прокурор на оппозиционера:
— Она будет рожать. И тебе решать — рядом ты с ней или нет.
— А жить где? — спрашиваю.
— У нас.
У них: четверо в квартире, атмосфера как у Путина с Навальным, но я же — парень не конфликтный, нацепил на лицо лицо, и стал типа «рядом».
Родила. Мать предложила жить у них.
Я: «А почему не у меня?» (у меня — 4-комнатная, вдвоём с матерью, вообще-то).
Она: «Ну… там всё привычно…»
Ну ок, думаю. Начнём с этого.
Потом я закончил вуз, начал работать, она взяла академ. Через пару месяцев перебрались ко мне.
Жили нормально.
Я, кстати, понял, что по профессии работать не хочу — потому что, внимание, я не мазохист. Начал мутить интернет-проекты, какие-то сайты, блоги, SEO, беготня, бессонница, лапша по акции — стартапер-романтик на минималках.
С деньгами было туго, как в кармане у студента.
Свадьбу решили отложить на год, пока разрулим, встанем на ноги.
Прошло полгода. Денежка пошла.
Предлагаю: «Давай снимать жильё». Хочется быть семьёй, а не квартирантами у мамы.
Она: «Я устала. Хочу съездить отдохнуть. Переезд — потом».
Я:
— А не подох*рела ли ты часом?
Она — в слёзы.
Выезжает тёща на танке. Ругает меня, как провинившегося школьника на родительском собрании.
Всё. Прогнулся. Опять.
Отправляю отдыхать.
Она отдыхает. Я работаю.
Возвращается. Говорю: «Съезжаем?»
Она: «Не сейчас. Давай потом».
Я: «Да ну тебя…»
Проходит ещё полгода.
Она — опять уезжает. В деревню. С ребёнком.
Возвращается.
Я встречаю. Протягиваю руки.
Она отстраняется.
Говорит: «Я хочу пожить одна. С ребёнком».
Съезжает к матери.
Что-то мне это напоминает…
Через пару дней вижу картину маслом:
она с каким-то Васьком идёт в обнимку. Гуляют по другому району. Смеются. Глаза горят. Рука у него на её заднице, рука у неё — на его руке.
Любовь, мать её.
Вечером встречаемся.
Я:
— Кто это?
Она:
— Кто?
— Ты с ним шла, обнималась!
Она (глядя мне в глаза с выражением святой Марии):
— У меня никого нет.
Вот и верь после этого людям.
Сказал:
— Иди на хрен.
Закрыл дверь. Захлопнул, как сердце. Посидел. Подумал.
Понял: конец фильма. Режиссёр умер, сценарий украли, актриса ушла к дублёру.
Эпилог. Весёлый. Да-да, будет смешно
Теперь мне 27. Сына люблю, забираю, вожу на аттракционы, он орёт в три горла, я покупаю мороженое и чувствую, что хоть что-то из этого квеста получилось.
А бывшая?
Живёт с тем Васьком. В Нельзяграме — фотки: «Счастье рядом». Подпись — #настоящаялюбовь.
Тёща лайкает. Всё по плану.
Я стал злобным маркетологом. Прокачал бизнес, купил себе тачку, снимаю квартиру без чужих взглядов и советов типа «а что ты так с ней разговариваешь».
Временами грустно. Но каждый раз, когда становится грустно, я просто вспоминаю тёщино лицо, когда я отказался платить за путёвку на отдых, и мне сразу становится лучше.
Мораль?
Если вы с 16 лет встречаетесь с девушкой, не забывайте проверять, не встречаетесь ли вы одновременно с её мамой. А если у вас забеременели за спиной, а потом сказали «ты был бы против», просто знайте — это не любовь, это спецоперация «Лялька».
Но главное — никогда не соглашайтесь отправить кого-то «отдохнуть», если вы устали не меньше.
А то отдохнёт — и никогда не вернётся.
Папа, маркетолог, бывший олень.
Теперь с антивирусом.
Об авторе
