В 2011 году молодой австралиец по имени Дэн Сондерс совершил то, о чём мечтает каждый, кто хоть раз с досадой смотрел на баланс своей карты в три часа ночи: он нашёл банкомат, который раздавал деньги просто так. Вернее, не совсем просто так — машина искренне полагала, что выполняет свою работу, хотя на самом деле творила финансовую алхимию, превращая воздух в купюры достоинством в сто австралийских долларов.
История началась банально. Двадцатичетырёхлетний парень, работавший барменом в Вонгарре — городке, который большинство австралийцев с трудом найдут на карте, — зашёл в местный паб после смены. Ничто не предвещало «беды». Обычный вечер, обычная жажда развлечений, обычное желание снять немного наличных. Сондерс подошёл к банкомату National Australia Bank, вставил карту и попытался получить деньги со своего сберегательного счёта. Операция не прошла — средств не хватало. Тогда он, как это делают миллионы людей перед ним и после, переключился на кредитный счёт.
И вот здесь начинается самое интересное.
Банкомат выдал деньги. Затем Сондерс проверил баланс и обнаружил нечто странное: вместо ожидаемого минуса на экране красовалась цифра, которая не соответствовала реальности. Он попробовал ещё раз. Машина снова послушно выплюнула купюры. И снова. И снова. Банкомат вёл себя как щедрый, но слегка бестолковый дядюшка на семейном празднике — раздавал всем подряд, не особо вникая в детали.
Техническая природа сбоя оказалась на удивление прозаичной. В период между закрытием банковского дня и началом следующего — своеобразная финансовая сумеречная зона — система не успевала обновлять балансы в режиме реального времени. Банкомат проверял лимиты по устаревшим данным, а транзакции фиксировались с задержкой. Получалась временная петля, в которой можно было снимать деньги, которых физически не существовало на счету, и машина об этом просто не знала. Программное обеспечение, по сути, доверяло само себе больше, чем следовало.
Для Сондерса это открытие стало чем-то вроде обнаружения портала в параллельную вселенную, где законы финансовой гравитации не работают. Первая реакция любого нормального человека в такой ситуации — паника или, как минимум, здоровая подозрительность. Сондерс же отреагировал иначе. Он решил провести эксперимент.
Эксперимент растянулся на четыре с половиной месяца.
За это время бывший бармен превратился в нечто среднее между Великим Гэтсби и героем плутовского романа восемнадцатого века. Он снимал президентские номера в отелях Сиднея и Мельбурна, заказывал шампанское ценой с месячную зарплату обычного австралийца, устраивал вечеринки для случайных знакомых, летал бизнес-классом в Макао — город, который существует исключительно для того, чтобы люди оставляли там деньги у казино.
Сондерс методично обналичивал виртуальные средства. Схема была проста до гениальности: поздно ночью подойти к банкомату NAB, вставить карту, снять максимально возможную сумму, повторить несколько раз. Банкомат исправно работал, как автомат по продаже газировки с заклинившей кнопкой возврата сдачи. За ночь можно было получить десятки тысяч долларов. Главное — успеть до утреннего обновления системы.
Деньги он тратил с энтузиазмом человека, который одновременно наслаждается моментом и где-то в глубине души понимает абсурдность происходящего. Рестораны, бары, путешествия. Он покупал напитки незнакомцам целыми барами. Оплачивал счета друзей. Вёл образ жизни, который в Австралии обычно ассоциируется либо с наследниками горнодобывающих магнатов, либо с успешными криминальными элементами.
Любопытно, что Сондерс не особенно скрывался. Он не создавал подложных документов, не обналичивал средства через сложные офшорные схемы, не использовал подставных лиц. Он просто снимал деньги со своей карты в банкомате на улице, а потом тратил их под своим именем. В этом была какая-то детская наивность, граничащая с безрассудством. Словно он искренне верил, что если машина даёт деньги, значит, так и должно быть.
Психология этого поступка заслуживает отдельного романа. С одной стороны, Сондерс явно понимал, что делает что-то неправильное. С другой — банкомат не взламывали, программное обеспечение не ломали, поддельных карт не использовали. Он просто нажимал кнопки, которые были предназначены для нажатия. Машина сама предлагала ему деньги. Где здесь заканчивается техническая ошибка и начинается преступление?
Впрочем, австралийская полиция и National Australia Bank на этот философский вопрос ответили вполне конкретно: когда ты снимаешь 1,6 миллиона долларов, которых у тебя нет, это называется мошенничеством, независимо от технических нюансов.
Банк обнаружил аномалию не сразу. Системы безопасности NAB, по-видимому, были настроены на выявление других типов угроз — фишинга, скимминга, несанкционированного доступа. Случай, когда клиент честно использует собственную карту для систематического опустошения небытия, в сценариях просто не предусмотрели. Первые тревожные звоночки появились, когда аналитики заметили, что счёт Сондерса демонстрирует поведение, несовместимое с доходами бармена из провинциального городка. Отрицательный баланс рос как на дрожжах, но автоматические системы блокировки почему-то не срабатывали.
Когда масштаб бедствия стал очевиден, NAB отключил проблемные банкоматы и начал внутреннее расследование. Параллельно к делу подключилась полиция. Сондерса арестовали в мае 2011 года — через четыре с половиной месяца после того, как он впервые обнаружил волшебный банкомат.
К моменту ареста от 1,6 миллиона практически ничего не осталось. Деньги испарились с той же лёгкостью, с какой материализовались. Роскошные отели не дают скидок, шампанское Dom Pérignon не возвращают обратно в бутылку, а казино в Макао работают по принципу чёрной дыры — всё входящее исчезает безвозвратно. Сондерс потратил состояние, которое большинству австралийцев не заработать за всю жизнь, меньше чем за полгода.
Судебный процесс превратился в медиа-событие. История получилась слишком странной, чтобы её игнорировать, и слишком поучительной, чтобы не извлечь уроки. Австралийские СМИ с энтузиазмом препарировали каждую деталь: сколько он тратил в день, на что именно уходили деньги, как долго банк не замечал очевидного.
Защита Сондерса строилась на интересной правовой коллизии. Технически он не взламывал систему, не подделывал документы, не крал физические деньги. Он использовал собственную карту и собственный PIN-код. Банкомат сам предлагал ему операции. Можно ли считать мошенничеством использование технической ошибки, о которой ты не обязан был знать? С другой стороны, после первых нескольких транзакций любому разумному человеку стало бы очевидно, что что-то идёт не так.
Суд решил, что да, можно и нужно считать мошенничеством. Сондерса признали виновным. Ему назначили условный срок и обязали выплатить компенсацию банку. Правда, учитывая, что вернуть 1,6 миллиона австралийских долларов человеку с доходами бармена примерно так же реально, как вернуть зубную пасту обратно в тюбик, фактическая сумма компенсации оказалась символической.
National Australia Bank, со своей стороны, предпочёл не слишком распространяться о деталях технического сбоя. Банковские системы окружены аурой непогрешимости — клиенты должны верить, что их деньги в безопасности, что машины не ошибаются, что где-то существуют умные люди в костюмах, которые всё контролируют. История Сондерса разрушала эту иллюзию. Она демонстрировала, что банкоматы — всего лишь компьютеры с купюроприёмниками, а компьютеры иногда ведут себя странно.
После суда Сондерс написал книгу о своём опыте. В ней он рефлексировал над произошедшим с позиции человека, прошедшего через искушение и крах. Книга получилась местами исповедальной, местами оправдательной, местами просто авантюрной. Австралийская публика приняла её неоднозначно — кто-то видел в авторе жертву обстоятельств и несовершенства банковских систем, кто-то обычного жулика с хорошим пиарщиком.
История Дэна Сондерса стала частью фольклора о банкоматных глюках — целого жанра городских легенд эпохи цифровых финансов. Периодически в разных странах всплывают похожие случаи: машина выдаёт лишние деньги, клиент их забирает, потом начинаются разбирательства. Обычно такие истории заканчиваются требованием вернуть средства и, если сумма велика, уголовным преследованием.
Но случай Сондерса выделяется масштабом и продолжительностью. Четыре с половиной месяца — это не импульсивное решение воспользоваться разовой ошибкой. Это систематическая эксплуатация уязвимости. Это почти работа, только вместо зарплаты — виртуальные деньги из цифровой ниоткуда.
В более широком контексте эта история высвечивает хрупкость современных финансовых систем. Мы живём в мире, где большая часть денег существует только в виде записей в базах данных. Физическая валюта составляет крошечную долю денежной массы. Всё остальное — числа, перемещающиеся между компьютерами по протоколам, которые большинство людей не понимает и не может проверить. Мы верим, что эти системы работают правильно, потому что альтернатива слишком страшна.
Сондерс на короткое время заглянул за занавес этой системы и обнаружил там не строгую математическую точность, а зазор между реальностью и её программной моделью. В этом зазоре можно было существовать, тратить несуществующие деньги, жить несуществующей жизнью. До определённого момента.
Сегодня банковские системы стали сложнее, проверки многоуровневыми, задержки между транзакциями минимальными. Вероятность повторения подобного сценария крайне мала. Но полностью исключить её невозможно. Программы пишут люди, а люди ошибаются. Сложные системы демонстрируют неожиданное поведение. Где-то, возможно прямо сейчас, какой-то банкомат в каком-то городе делает что-то не совсем правильное. И кто-то может это заметить.
Дэн Сондерс прожил несколько месяцев как миллионер, расплатился условным сроком и вечным долгом, который не сможет выплатить. Банкомат починили. Система работает дальше. А история осталась — как напоминание о том, что искушение может прийти оттуда, откуда не ждёшь, что машины иногда щедрее людей, и что бесплатный сыр, даже цифровой, всё-таки бывает только в мышеловке.
Только мышеловка оказалась с таймером на четыре с половиной месяца, а сыр на вкус был как Dom Pérignon в президентском номере отеля в Сиднее. Недолго, но, вероятно, незабываемо.
Об авторе
