Иногда я думаю, что с возрастом всё должно упрощаться. Ну, знаешь — не метания двадцатилетнего студента, который пытается выбрать между любовью всей жизни и акцией на пиццу «две по цене одной». После сорока ты должен знать себя: что тебе нравится, что бесит, кто вызывает внутреннюю аллергию с первого взгляда. У тебя уже есть дети, есть бывшая, которой ты не должен ничего, кроме уважения. У тебя есть работа. Ты не беден, не богат, но стоишь на ногах. Казалось бы — живи да радуйся.
Но почему-то не радует.
Мне слегка за сорок. Разведён официально, а неофициально — давно оторван от идеи «мы». Мы с бывшей разошлись почти по уму: без суда, без голодовок и выбрасывания её шубы с балкона. Квартиру разделили: она с детьми осталась в двушке, я — в однушке в спальном районе, где соседи считают, что дрель — лучший способ сказать «доброе утро». Алиментов нет, есть помощь по факту. Детей люблю, вижусь регулярно. Всё чинно-благородно. Даже скучно.
И вот чего нет — это женщины. Настоящей.
Не тела на одну ночь, не фей из «Мамбы». Не «ищу приключения» (спойлер: приключения — это секс без обязательств, разговоров и включенного света). Я хочу нормальных отношений. Чтобы спать вместе, завтракать, ехать за маслом в «Пятёрочку» и по дороге спорить, что смотреть вечером — «Бойцовский клуб» в десятый раз или «Амели».
Хочу секса без презервативов, честного, как исповедь. Хочу доверия. Хочу, чтобы можно было сказать: «Не трогай меня сейчас, у меня всё плохо», — и она не обиделась, а просто села рядом. И чтобы с моей стороны было так же.
Но я старею. Не то чтобы разваливаюсь — нет, я всё ещё могу починить шкаф, пробежать за автобусом и поднять женщину на руки (если она согласится, что «женщина» и «56 кг» — это совместимые параметры). Но девушки до 30 — мимо. Я с ними как на экскурсии в детский сад: мило, весело, но недолго. У них тиктоки, сторисы и привычка обсуждать психолога на первом свидании. А мне хочется тишины. Чтобы без вопроса «где ты видишь себя через десять лет». Мне бы этот день прожить — и уже успех.
Женщины за 30 — другая история.
Если без детей — то, скорее всего, хотят именно их. Здесь и сейчас. Потому что «мне уже 34, биология тикает». А я не хочу. У меня двое. Я их люблю, я их растил. Но пелёнки, слюни и бессонные ночи я уже проходил. Повторно на этот аттракцион меня не заманить.
Есть трудоголички. Те, кто вместо ребёнка вырастил карьеру. С ними сложно. Общение с такой женщиной — как с новеньким айфоном: внешне круто, но внутри одни бизнес-чаты, таблицы и пару цитат из Коэльо. Секс — да, поездка в Сочи на выходные — да, но ты всё равно один.
И тут я пришёл к РСП.
Разведёнка с прицепом — термин мерзкий, но честный. Я не сноб: понимаю, что у всех были истории. У меня ведь тоже дети. Почему бы не попробовать?
Но Мамба — это не сайт знакомств. Это вещевой рынок в подвале: прокуренный, глухой, с ценниками от руки. Фотки пятилетней давности, в описании: «Я знаю себе цену», «Хочу мужчину с доходом от 150 тысяч, без вредных привычек и бывших тараканов». И ты думаешь: «Ты сама-то в зеркало давно смотрела?».
Раз в пару месяцев встречается нормальная: глаза, мозги, улыбка. Переписываешься, встречаешься, есть искра. А потом — бывший объявился, ребёнок заболел, уехала к сестре «на месяц» или просто исчезла. Как будто ты — тестовая версия приложения, которую удалили.
А время идёт.
Вечера в однушке: чашка кофе, телефон, лента. Переписка с детьми. Старший уже подросток, огрызается. Младшая нежная, но пишет всё реже. Не навязываюсь.
Иногда зову кого-то. Приходит. Пьём. Ложимся. Секс — да. Эмоций — ноль. Она поворачивается спиной, утыкается в телефон. Хочется сказать «иди домой». А я говорю «хочешь чаю?».
Так проходит год.
В голове мысль: может, я уже всё? Не в смысле «старый», а просто — исчерпан. Сценарий отыгран. Дальше — только скука и падающее либидо.
Недавно встретил одну. Всё как надо. Мы встретились в кафе. Я почувствовал, что что-то есть. Спросил, когда увидимся снова. Она сказала:
— Ты хороший. Но у тебя дети, бывшая, усталость в глазах. А мне надо с чистого листа.
Я кивнул. Заплатил. Проводил. Сел в машину. Не заводил. Внутри стало тихо. Не пусто — тихо. Как в комнате, где когда-то смеялись дети, а теперь остались стены.
И я понял: некоторые из нас не для «вместе».
Мы для того, чтобы однажды сказать: я пытался. Правда. Но не получилось.
И жить с этим.
Об авторе
