Мне скоро 27. В этом возрасте уже как-то стыдно вслух говорить, что ты не знаешь, чего хочешь от жизни. Но увы. Я не только не знаю, я, кажется, утеряла инструкцию по себе лет в 22, где-то между дипломом, разочарованием в Tinder и пятой попыткой начать читать «Мастера и Маргариту».
Два года назад я вышла замуж. Без белого платья, но с белым флагом. Мой муж — прекрасный человек. Серьёзно. Настолько хороший, что если бы был тортом, на нём бы написали «нежнейший бисквит стабильности». Однолюб. Домашний. Готов в любое время дня и ночи варить мне суп и засовывать меня под одеяло с видом «моя ты девочка уставшая». Он искренне считает, что счастье — это семья, дети и коллективные походы в Ашан. Он меня обожал, холил, лелеял, а я…
А я полгода думала, стоит ли соглашаться на его предложение. Потому что вот же он — мужчина, который не играет в игры, не морочит голову, не исчезает на трое суток «подумать». Но не люблю. Ни-че-го внутри. Ни тумана в животе, ни желания бросить всё и бежать в аэропорт. Ни даже лёгкого желания. Только: «Ну, он хороший… и мама будет довольна».
В тот момент моя жизнь была похожа на плохо снятый французский артхаус — безработная, в чужом городе, в квартире с облезлыми обоями и голосами родителей в телефоне: «Двадцать пять? Срочно замуж, пока не усохла, как цветок без полива.» Я поверила, что стабильность — это и есть счастье. Что любовь — это ерунда для наивных. Главное — уважение и ипотека пополам. И вышла замуж.
Первые месяцы я действительно старалась вжиться в роль. Жена. ЖЕНА. Я гладила рубашки, пекла блины по воскресеньям и делала вид, что секс — это не такое уж и важное дело. Ну нет и нет, что теперь, паниковать? Муж сначала пытался — свечи, музыка, прикосновения. Потом обиделся. Потом сдался. У нас всё стало похоже на «почистить зубы и проверить баланс на карте». Невыносимо правильно. До зуда. До тоски.
А потом появился Он.
Нет, не любовник-герой из женских романов. Без коня, без яхты. Просто мужчина. Живой, настоящий, не из семейного архива. Мы познакомились на работе — он не мой коллега, а «сосед по проекту». Болтали о всяком: кофе, кино, как сложно найти хорошие носки. Потом как-то… понеслось.
Он был настолько внимательным, я и не знала, что мужчины таковыми могут быть. Говорил: «Ты странно улыбаешься, когда грустишь», и я вдруг осознала, что хочу, чтобы меня замечали. Что мне не хватает воздуха. Что я не обязана всё время быть умной, удобной и согласной.
И вот однажды он сказал: «Ты мне очень нравишься».
Я выдохнула: «Я замужем».
Он кивнул: «Я не буду мешать». И не мешал. Почти. Но магнит включился.
Это не началось с постели. Это началось с разговора в три ночи. С касаний, которые обжигали даже через одежду. С поцелуев, от которых я, прости господи, чуть не заплакала. Потому что впервые за два года меня поцеловали не потому что «надо», а потому что «не могу не поцеловать».
А потом мы переспали. Да. Прямо так. Без оправданий. Без вуали. Просто… было так, как я даже не знала, что возможно. Как будто он достал где-то забытый выключатель и включил меня. Полностью. Я ожила. Я задышала. Я не притворялась. И это пугало сильнее всего.
Каждое утро я просыпаюсь с мыслью: «Ты сволочь. Ты обманываешь мужа». А потом беру телефон, и там — сообщение от него. Что он вспоминал, как я смеюсь. Что хочет обнять. Что мечтает обо мне. И мне снова шестнадцать. Только со взрослыми проблемами.
Я думала: закончить всё. Прервать. Сказать: «Извини, у меня есть муж, и я ему клялась». Но честно? Я не могу. Он для меня стал, как никотин. Как сладкое после диеты. Как глоток воды в пустыне здравого смысла.
Однажды мы жили вместе неделю — так совпало, что муж уехал. И всё было хорошо. По-настоящему. Но… А вдруг всё это — иллюзия? Вдруг я брошу мужа, а он испарится? Вдруг окажется, что он просто романтичный тип, влюблённый в саму идею меня, а не в меня саму? Я даже не знаю его друзей. Не знакома с родителями. А в серьёзных делах вроде «семьи» — это важно.
Муж, к слову, ничего не замечает. Или делает вид. Он всё так же варит суп. Так же гладит рубашки. Так же говорит: «Хочу ребёнка». А я в ответ только улыбаюсь и говорю: «Может, чуть позже». Потому что честно? Заводить ребёнка в такой ситуации — это как склеивать разбитую чашку с помощью варенья.
И вот я — между. Между мужчиной, который даёт мне дом, и мужчиной, который даёт мне жизнь. Между чувством вины и чувством, что я наконец-то… есть.
Что я буду делать? Я не знаю. Возможно, уеду одна в отпуск. Возьму паузу. Попробую понять, чего хочу. Потому что жить дальше, как есть, — это предательство. Прежде всего — себя.
Но есть одно, чего я уже точно не хочу: быть правильной. Слишком часто за этим словом прячется страх. А я, похоже, впервые в жизни готова не бояться.
И да, кто-то скажет: «Вот ещё одна — развалила брак ради секса». А я скажу: «Нет. Ради себя».
И знаете что? Я ни разу не пожалела.
Об авторе
