Когда мне было девятнадцать, я вышла замуж. Не потому что “часики тикали” или “так мама сказала”, а потому что я встретила мужчину, который казался мне смесью Сократа, Достоевского и Витаса. Он был первым и единственным. А потом, как выяснилось, ещё и последним в плане всего – от поцелуев до пельменей в морозилке.
Он был умён до гениальности и асоциален до инвалидности. Один из тех мужчин, которые знают все столицы мира, но не могут найти ложку в собственном доме. Красивый, тихий, задумчивый. И вечно голодный, потому что нормальной работой эта махина с мозгами Нобелевского лауреата обзавестись не могла.
Мы поженились по любви. Такой, знаете, наивной, студенческой любви, где даже спать на полу было весело, потому что мы вместе. Тогда мне казалось, что мы с ним одна душа в двух телах. Синхронные мысли, общие увлечения, одинаковая нелюбовь к утренним звонкам и общественному транспорту. Любовь была как в книжке – за исключением того, что в книжках, когда герои ссорятся, они потом устраивают бурный секс. А у нас — просто ссорились.
А ещё у меня был взрывной характер. Холерик, чистой воды. Не женщина, а гейзер в тапочках. Вспыхнула, взорвалась, затопила всё вокруг эмоциями — и через полчаса уже обнимаю, глажу по голове и готовлю борщ, стоя по щиколотку в своих же слезах. А он — флегматичный айсберг, у которого даже эмоции проходят через какой-то внутренний двухступенчатый анализ.
Спойлер: иногда айсберг напивался. И тогда начинал злобухать. Да-да, не просто бухать, а именно злобухать — это когда сначала стену пробурит взглядом, потом собаку обзовёт «агентом ЦРУ», а потом уходит в запой и депрессию, как в отпуск с билетом в один конец.
На седьмом году брака, как положено по мистическому расписанию, случилась первая реальная трещина. Муж меня обманул. Не “померещилось”, не “прикрылся благими намерениями”, а так, по-взрослому. Было ощущение, что я пью коктейль из любви, боли и яда. Чуть не развелись. Не развелись — потому что я верная. Потому что семья – это главное. Потому что любовь. Ну вы поняли. Вот всё это, что в Нельзяграме на обоях пишут.
Проблемы у нас были всегда. С деньгами, с работой, с эмоциональной доступностью, с алкоголем. С сексом. Вот тут можно поставить жирную паузу и нырнуть в бездну.
Когда-то я была сексуальной, уверенной, огненной. Потом дети, потом вес, потом комплексы. Муж, конечно, не упрекал. Он просто стал… забывать, что я женщина. Нет, по паспорту я осталась. Но в его глазах – я как старый плед. Удобно, привычно, греет… но уже не возбуждает.
Я долго терпела. Потом пыталась поговорить. Потом пыталась разнообразить. Платья, бельё, игры, разговоры, заигрывания. Иногда даже… сценки. Вы когда-нибудь пытались в костюме медсестры соблазнить мужика, который в это время ищет в википедии информацию о марсианских кратерах?
А потом наступил тот странный период, когда я начала заниматься сексом… в одиночку. То есть с ним — а потом догонялась сама. Как эхо неудачного концерта. Он ложился, засыпал, а я шла в ванную с фразой “сейчас хоть кто-то получит удовольствие”.
Он всё больше мастурбировал. Не на меня. На каких-то мифических женщин из интернета. Я же — самоощущение как у размокшей макаронины. Ни вкуса, ни текстуры, ни желания.
И вот на этом фоне, один знакомый начал ухаживать. Первый поцелуй? Отвратительный. Как будто я лизнула батарейку. Я испугалась — неужели я сломана? А потом был коллега. Младше. Красивый. Женатый. И с добрыми глазами. И с поцелуем… Господи. Там были фейерверки. Там был новый год, день рождения и отпуск в Черногории одновременно. С трёхсекундного поцелуя у меня включился Wi-Fi, кхм, ТАМ.
Пару недель я боролась. А потом — не боролась. Изменила. Сознательно. Без оправданий. Просто захотелось узнать, что со мной не так. Хотела сверить себя по шкале. Убедиться, что я не сломана.
И знаете что? Я не сломана. Я офигительна. Просто надо, чтобы с тобой обращались как с женщиной, а не как с соседкой по коммуналке.
После этого мой внутренний полицейский начал истерить. Я патологически не умею врать. Муж меня расколол через 3,5 минуты. Назвал имя, фамилию, дату и даже предположительную позу. Я только кивала, как второклассница на экзамене по математике, забывшая таблицу умножения.
Муж напился. Собрался. Обулся. Сказал, что выбьет все зубы моему коллеге. Что разрушит себе карьеру. И ушёл.
А я… не ревела. Это странно. Обычно я — фонтан эмоций, театр одного актёра. А тут – пусто. Глухо. Как в колодце. И страшно не от того, что я изменила, а от того, что не рыдаю.
Вот так. Дура, да?
На следующее утро я проснулась от запаха кофе. На кухне сидел он. В пижаме, с небритым лицом, с той самой чашкой с трещиной, которую он не выкидывает уже шесть лет.
— Ну что, — сказал он, — отымели тебя, значит?
Я села рядом. Молча. Он налил кофе мне. Сделал глоток. Потом посмотрел на меня и сказал:
— Я тут понял одну штуку. Мы друг у друга — единственные. Но это не значит, что мы не люди. И не значит, что мы всегда будем идеальны.
Я кивнула.
— Ну, что теперь. Секс у тебя был, как я понял, офигенный?
— Ага.
— Ну… радуйся хоть. А то у меня депрессия и груди фейковые из интернета.
Мы оба рассмеялись.
Через неделю мы пошли к семейному психотерапевту. Через две начали заново изучать тела друг друга. С шепотом, смехом, новыми словами. Через месяц я записала его на консультацию к урологу. Через два он признался, что тоже чувствовал себя ненужным, но не знал как об этом говорить. Через три мы купили новый вибратор, и это было уже наше совместное семейное решение.
Сейчас у нас всё не идеально. Но как минимум мы живые. Мы снова спим в одной постели не потому что «семья – это важно», а потому что нам хочется.
А тот коллега? Слава Богу, мой муж не стал ему выбивать зубы. Зато отправил ему подарок — книгу «Этика служебных романов» с припиской: “На всякий случай. Береги жену. Я свою снова ценю”.
А я?
Я по-прежнему холерик. Но теперь с оргазмами.
Если вдруг у вас в жизни случится нечто подобное — не бегите сразу к адвокату или в ванну с вискарём. Иногда достаточно просто сказать: “Я устала быть невидимой. Пожалуйста, посмотри на меня. Я всё ещё твоя”. И если он любит — он увидит. А если не увидит — ну что ж. Иногда даже самая верная женщина может пойти на предательство… чтобы напомнить себе, что она всё ещё женщина.
Дура я? Возможно.
Но, чёрт возьми, хоть не скучная.
Об авторе
