Вместе мы с женой уже семь лет официально, а до этого — целых восемь лет встречались. Вот такие романтики мы с ней, да? Вместе 15 лет, а ощущение, что мы в каком-то странном сериале с бесконечными сезонами драмы. Есть у нас и общий ребенок — шестилетний комок счастья (и нервных срывов). Живём в моём доме, без родителей, и это, наверное, единственное, что я не менял в этой жизни — свой дом, свою машину и небольшой, но стабильный бизнес. Я его же и тащу на своих плечах, кормлю и пою, а жена… ну, она дома. Постоянно. Работать не хочет, говорит, дом — её работа. Я, конечно, не против, но… о, об этом позже.
Как все начиналось и куда катится
Когда я начал встречаться с этой дамой, моя мама, покойная ныне, была категорически против. Не потому, что она золотоискательница или что-то в этом роде. Нет. Просто она знала её семью и предвидела беду. Мама была богатой и влиятельной женщиной — занимала очень высокие должности и могла для меня и машину купить, и карьеру сделать. Но я был молод и упрям, и в ответ: «Мама, я люблю её, и ничего другого мне не надо».
Мама даже на свадьбу не пришла — вот такой жест. Спустя пару лет после свадьбы, когда она начала сильно пить (на фоне нервов, наверное), сердце не выдержало. Мама ушла.
А жизнь? Жизнь не стоит на месте. Первая измена жены — как удар под дых. Случилась она с женатым обеспеченным парнем. Этот «мачо» привозил к нам своих двоих детей, а жена присматривала за ними, потому что его жена на работе, дети — в заботе чужой. Деньги текли рекой, а жена выписывала ему письма, где хвалила себя и подрывала «плохую жену» того парня. Через месяц она уже писала ему о любви. Тот парень — настоящий джентльмен — в курсе всего, забрал детей и показал мне переписку. Я в ярости, в голове паника: «Кто она такая, чтоб у меня за спиной такое вытворять?!». Подал на развод. Она ударилась в церковь, мол, давай мириться, у нас дочь. Я слабак, простил.
Но тут началось самое интересное
Три года спустя — повторение сценария, как в плохом сериале. Только теперь — новый персонаж. Женат, мажор, да еще и троюродный брат жены (что добавляет нотку классической семейной драмы). Она ходит в церковь, молится, красит губы и прячет телефон. Любовная переписка длилась почти год — «Я тебя люблю, забери меня, я не могу без тебя», а я в это время лью чай на клавиатуру и думаю: «Что я сделал не так?»
Понял я тогда две вещи:
Переписка — это не измена, говорит она.
Он меня любит, а я — никто.
И вот я, полный ненависти, подаю на развод во второй раз. Она уезжает к маме, месяц тишины — а потом «Пожалуйста, прости, я не изменяла, давай забудем». Я — опять слабак, забираю обратно, потому что без ребенка — никуда.
Крыша едет? Да я уже сижу на крыше и кричу
Жена — словно холодный ветер в лицо. Рядом, но как будто на расстоянии тысячи километров. Я? Работаю, растет бизнес, решаю проблемы, а она? Она — хозяйка «своего» дома, вечная хозяйка, вечная нянька для ребенка и чужих детей, вечная жертва обстоятельств.
Я чувствую себя героем мыльной оперы с печальным сюжетом, где главная роль — «муж, который ни в чем не виноват, но постоянно страдает».
Но что я сделал для себя?
Поначалу хотел всех убить, а потом понял, что жизнь — это не только драма. Ирония судьбы — я богат, но несчастлив. Я в доме, полном шума и тайн, но одинок. Я — предприниматель, а не психолог, и у меня нет сил быть и тем, и другим.
Я понял одно: иногда крыша не просто едет — она танцует с тобой ламбаду, а ты должен не упасть.
Недавно, после очередной ссоры, я устроил себе маленький праздник: заказал пиццу, налил вина и… позвонил маме — нет, не той, что ушла, а той, что живет в моем сердце и говорит мне — «Ты молодец, дружище».
И что вы думаете? Когда я поднял телефон, чтобы пожаловаться другу, вдруг услышал детский смех — это мой сын поигрался с пультом от телевизора. В этот момент понял: жизнь — это череда странных событий, измен, прощений и семейных драм, но все равно — я счастлив.
А жена? Она, наверное, где-то там, в своем мире, где мажоры и брачные переписки — не главное.
Так что крыша едет? Да мне кажется, что она вообще улетела на Марс, а я — просто пытаюсь не упасть и смеяться, потому что иначе будет очень грустно.
Об авторе
