Мне сорок. Ужас какой, правда? Страшная цифра. Особенно если ты живёшь в обществе, где женщина после тридцати обязана начать увядать, поливать орхидеи, гладить мужу трусы и вслух завидовать девушкам “с идеальной талией”. Ну, знаете, те самые, которые, если упадут — не звонят в скорую, а сразу в Instagram.
Так вот. Мне сорок. И я счастлива. Правда, вот прямо искренне счастлива. Но не потому, что у меня есть муж, кольцо, ипотека и стирка по расписанию. Нет-нет. Всё гораздо интереснее. Я счастлива, потому что я всегда делала то, что хотела. А если точнее — я изменяла. Всем. С кем была. Без исключения.
— Ах ты, бессовестная! — скажете вы.
— Была бы совестью, стала бы бухгалтером, — отвечу я. А так — нет.
Началось всё ещё в школе. Я не была самой красивой. Я была… самой яркой. В десятом классе могла одной фразой уронить в обморок преподавателя литературы и увести парня у отличницы из “А”. Причём не специально. Он сам пришёл. С гитарой. И с сигаретой в зубах. Уверена, курил он её только потому, что думал: так у него больше шансов меня впечатлить. Не впечатлил, но зачёт за старание получил.
К восемнадцати у меня уже было трое. Одновременно. Одноклассник — для прогулок, кино и смайликов в дневнике. Коллега брата — для разговоров о жизни и “не говори никому, а то мне голову оторвут”. И взрослый, очень взрослый, состоятельный адвокат с машиной, часами и умением заказывать вино с таким видом, будто он написал его аннотацию. Что интересно, никто из троих друг о друге не знал. А если и догадывались — молчали. Кто первый заговорит, тот проиграл.
Я поняла одну простую вещь: любовь, эта штука, о которой девочки из моего класса плакали в туалете, — это сильно переоценённый продукт. Как сахарная вата: красиво, но слипается, прилипает и от неё болит живот.
Две мои подруги вышли замуж “по любви”. Та самая любовь, которую надо “хранить”, как антиквариат. Через пару лет обе развелись. Одна — потому что её муж оказался “творцом” с амбициями, но без зарплаты. Вторая — потому что её “солнышко” решил, что она слишком много разговаривает. На фоне этого я, получающая секс от одного, деньги от другого, карьерный рост от третьего, чувствовала себя женщиной, которая в «Монополию» играет сразу с пятью кубиками. И знаете — это удобно.
В двадцать пять я решила поэкспериментировать: а вдруг всё-таки “брак — это классно”? Ну, модно же было. Все замуж, платья, ленты, дурацкие танцы с пьяным дядей. Я выбрала самого достойного из поклонников. Красивый, приличный, не глупый. Почти не говорил “ты чо, дурочка?”. Мы сыграли свадьбу, поехали в свадебное путешествие, сняли шикарную квартиру… и я зевнула.
Муж оказался идеальным. В самом скучном смысле. Он был настолько удобным, что напоминал ортопедическую подушку. Ну да, мягко, поддерживает шею, но спать с ним — это прямолинейно в обоих смыслах. А вот его друг… Его друг был другим. Этим другим, от которого хочется закрыть шторы и открыть пуговицы. Да, он начал флиртовать ещё на свадьбе. Ну и что? Я тоже не была ледышкой. Вскоре — роман. Страстный, яркий, нервный, тайный. Почти кино. Только с меньшим количеством дублёров.
Пять лет. Пять. Лет. Муж, конечно, подозревал. Но делал вид, что не подозревает. Зачем ему эта правда? Он же был из тех, кто покупает тухлое мясо и не смотрит на срок годности — лишь бы не разочароваться. Всё вскрылось после моих родов. Да, я родила. От любовника. Муж сделал ДНК-тест. По-тихому. А потом отправил мне конверт по почте. Почта России — такой триллер не каждый Голливуд снимет. Внутри — бумага и молчаливое “прощай”.
Он ушёл красиво. Без скандалов. Собрал вещи, оставил мне квартиру и даже детскую кроватку. Только фотку с нашей свадьбы аккуратно вырезал: я осталась одна в белом платье на фоне пустоты.
Любовник? Остался с женой. Конечно. Эти мальчики всегда делают вид, что всё бросят, а потом кормят сказками: “ещё чуть-чуть, я всё решу”. Решил, ага. Он до сих пор видится с сыном, платит алименты, иногда приезжает с игрушкой и новой отмазкой.
Я сделала выводы. Первый: никогда не верь мужчине, который обещает развестись “на следующей неделе”. Второй: брак — точно не моя история. С тех пор живу по своей системе. Один — для тела. Другой — для дел. Третий — просто потому, что умеет смешно шепелявить, когда пьяный. Мне этого достаточно.
Мораль? Я не ищу оправданий. Я не строю из себя “страдающую женщину, у которой не сложилось”. У меня всё сложилось. Именно так, как я хотела. Я не изменяла, потому что меня не любили. Я изменяла, потому что я так выбирала. Это было осознанно. Это было моё. И я не жалею.
Вы удивитесь, но у меня есть сын. Прекрасный мальчик, подросток с глазами, как у отца (да, у того самого). И он… он пытается воспитывать меня. Сидит, рассказывает:
— Мама, ты не должна так жить. Это ненормально.
— А что нормально? Быть одной, страдать и мечтать, чтобы кто-нибудь позвал на кофе?
— Нет… ну… просто ты же женщина!
— Сын, я женщина. Которая родила тебя, обеспечила тебе дом, еду, PlayStation и путёвку в летний лагерь. И всё это без “нормального мужа”. Так кто тут ненормальный?
Мы, женщины, всю жизнь играем в чужие игры. Нам внушают, что любовь — высшее благо. Что девственность — подарок. Что терпеть — достоинство. Что скандалы — “женская природа”. А потом удивляются, что мы превращаемся в замученных баб с перекошенным лицом и фразой “все мужики — козлы”.
Я в это не играю. Я не верю в сказки, где один человек может дать тебе всё. Мне, например, нужен один, чтобы посмеяться. Другой — чтобы путешествовать. Третий — чтобы гладил по голове. Один не справляется. Ну и ладно.
Может, я для кого-то — антигероиня. Пусть. Но я не обманываю себя. Я не держусь за отношения ради статуса. Я не плачу в подушку по ночам, притворяясь счастливой женой. Я не “жду”, не “терплю”, не “привыкаю”. Я просто живу. Как хочу. Как умею.
И да — я не жалею. Ни об одной измене. Потому что каждая из них была свободой. Побегом из клетки, которую другие построили для меня из “должна” и “прилично”.
А финал? Вот он: я сижу на балконе. В бокале — не просроченное шампанское, а жизнь. Рядом — никто. Но завтра будет кто-то. Или не будет. Не важно.
Я просто счастлива.
И, знаете, это самое неприличное из всего, что я когда-либо делала.
