Расскажу вам историю. Длинную, честную и без прикрас. Если вы ждете сладкую сказку про «и жили они долго и счастливо», пролистайте сразу в конец. Спойлер: его нет. Есть только я, банка холодного пива и сомнения, гуляющие по моей черепной коробке табуном нетрезвых пони.
Началось это великолепие, как и полагается всем великим трагедиям, с безобидной, казалось бы, фразы: «А давай попробуем пожить вместе?». Произнесено это было с таким обаянием, что я, как последний лох новгородский, клюнул. Она была яркой, как неоновая вывеска ночного клуба на рассвете, напористой, как продавец ненужных пылесосов в подъезде, и кокетливой, как кот, который уже видит, куда именно он будет оставшиеся лет 10 ссать. С характером. О, да! Это был не просто характер, это был готовый бизнес-план по захвату мира, где я значился то ли главным спонсором, то ли заложником.
Первые недели напоминали медовый месяц, если месяц заменить на 72 часа, а мед — на легкий нервный тик. Посуда моя внезапно стала мыться неправильно. Полы подметались с нарушением всех моих, о которых я и не подозревал, жизненных принципов. Я пытался шутить, отстаивая свое право класть макароны в кастрюлю так, как велит мне моя славянская душа, а не строгий устав ее персональной ЖЭС. В ответ я получал не улыбку, а холодный, испепеляющий взгляд, которым, наверное, Зевс поражал титанов. Я тогда еще терпел. Думал, акклиматизация. Что вот-вот мой боевой дух и несгибаемый внутренний стержень растопят этот айсберг. Как же я ошибался. Я не растопил айсберг. Я на своем «Титанике» уверенно шел ему навстречу.
Точкой кипения, после которой терпеть стало так же невозможно, как смотреть новый сезон «Дом-2», стал ультиматум по поводу моих друзей. Фраза «Я так сказала — значит, так будет» прозвучала так буднично, как будто она сообщала прогноз погоды. В моей голове что-то щелкнуло. Не романтичный щелчок встречи двух половинок одной души, а щелчок предохранителя, который спалил к чертям всю проводку. Я послал ее. Четко, ясно, без лишних эмоций, как настоящий джедай, который только что отсек световым мечом не просто руку, а целую токсичную реальность.
Последующие дни были похожи на ломку. Я выл на луну, хотя в городе ее не видно из-за смога. Я ждал звонка, сообщения, признания ошибок, букета моих любимых тюльпанов (которые она считала «деревенскими»). В голове проигрывались лучшие моменты: как мы смеялись, как она готовила тот самый суп… Стоп, она не готовила. Я готовил. И убирал. И платил. Вселенская грусть накатывала волнами. Каждое утро без ее утренних упреков я отмечал в календаре красным крестиком, как узник, делающий зарубки на стене камеры. Маленькая победа. Еще одна. Еще.
Прошло 32 дня. Ровно месяц и три дня моего личного «санчаса». Я начал дышать полной грудью, вспоминать, как выглядят деньги в моем кошельке, не растекаясь мгновенно в никуда. Я уже почти поверил, что способен на адекватные отношения без элементов допроса с пристрастием. И тут пришло Оно. Гигантское сообщение, по объему сравнимое с «Войной и миром», если бы Толстой писал ее в слезах и под валиумом.
Там было все. И любовь, и «ты был самым лучшим», и обещания измениться, и готовность выполнить любое мое условие. Сердце? Оно не екнуло. Оно просто растеклось, как котлета в незакрытой морозилке во время отключения электричества. Все чувства за эти 32 дня успешно прошли кремацию, и на их месте осталась лишь горстка пепла и легкое недоумение. Я не ответил. Просто выключил телефон и пошел мыть посуду.
И теперь я сижу, и меня гложут сомнения. А что, если та жизнь, которую я потерял, была не такой уж и плохой? Да, правила устанавливались ею, но зато я был не один. А сейчас? Сейчас у меня есть 22-летняя «красотка». Молодая, с телом, от которого падают штаны. Но в ее глазах — пустота, сравнимая с моим банковским счетом до знакомства с бывшей. Никаких эмоций, никакой душевной близости, только удобство и… ну, вы поняли. Как будто я купил себе дорогую, но абсолютно бесчувственную секс-куклу, которая еще и просит денег на новую помаду.
И вот главный вопрос, не дающий мне спать по ночам: а бывшая вернулась потому, что действительно соскучилась, или потому что ништяки в виде стабильного финансирования ее бессмысленных и беспощадных хотелок внезапно иссякли? Пока я проходил свой курс «санчаса», леча душу одиночеством и пивом, не прыгала ли она на чужих шестах, чтобы скоротать время? Ответа нет. Только звенящая тишина и гулкое эхо в моей опустевшей квартире.
Справедливости ради, скажу и про светлые моменты. Она действительно старалась. Устраивала быт. Правда, «быт» заключался в том, чтобы устраивать мне мозг по поводу этого самого быта. А еще она заказывала кучу ненужных вещей в интернете. Моя кредитная карта вздрагивала во сне, чувствуя ее приближение. Разумного подхода к жизни — ноль. Финансовая грамотность — на уровне марсианского языка. Все расходы — я. Сто процентов. И относилась она к этому так, будто я не работал, а ежедневно находил на балконе чемодан с евро. Манипуляции, истерики, «я хочу это» — стандартный набор. Я не стал воспитывать. Я просто нажал на красную кнопку и выключил этот шоу-рум.
Свои ошибки я вижу идеально четко, как синяк под глазом после неудачной попытки собрать шкаф в три часа ночи.
Ошибка номер раз: я разрешил ей ставить ее интересы и хотелки на пьедестал, а свои засунул в чулан, где они благополучно задохнулись от недостатка внимания.
Ошибка номер два: я сам натянул себе на уши лапшу и упоенно ее жевал, убеждая себя, что это и есть настоящая любовь — с постоянным чувством вины и пустым кошельком.
Ошибка номер три: я не защищал свои границы с самого начала, как стойкий оловянный солдатик, а повел себя как подтаявшее мороженое — просто растаял и растекся.
Так вот и живу теперь. На распутье. С одной стороны — «умерла так умерла», пепел былой страсти стучит в мое сердце, предлагая просто забыть. С другой — за этот месяц я насмотрелся на рынок знакомств. Это вам не базар, это настоящий апокалипсис. После этого моя бывшая гражданская жена с ее попытками построить из меня человека-слугу кажется эталоном адекватности, бриллиантом чистейшей воды в куче стекляшек.
Это жизнь, а не голливудский фильм. Здесь есть только боль, сомнения, опыт и тихая, но твердая уверенность, что если я еще раз кому-то позволю управлять моей жизнью, то следующей моей гражданской женой станет моя же собственная рука. И, знаете, с ней у меня, кажется, более здоровые отношения. Она хотя бы не тратит все мои деньги на ненужные подушки.
Об авторе
