Мне 31. Средний доход, две руки, одна голова, свои мозги. Своя квартира. Нет — не ипотека, не мамино, не «в доле с бабушкой», а своя. Целиком. И, признаюсь, с женским вниманием у меня как-то никогда проблем не было: симпатичный, ухоженный, работа есть, да и чувство юмора в наличии. Ну, как минимум, теща терпеть не могла — уже показатель, согласись.
А теперь представьте: 29 лет, зарплата ниже моей, без жилья, внешне — семёрка из десяти (по честной шкале, где 10 — Скарлетт Йоханссон, а не «моя подруга, просто без фильтра»). И вот шесть с половиной лет назад эта семёрка вплыла в мою жизнь из тумана корпоративной текучки. Работали вместе, перешучивались в курилке, один раз поехали в другой город в командировку — и понеслась.
От командировки к командировке и, как водится, от кровати к кастрюле. Ну а дальше всё по классике: «Ты у меня первый, кто вот так… по-настоящему… мурашки, дрожь, ах!» — я, конечно, слушал, кивал, сдержанно улыбался, но внутри себя отмечал галочку: всё, мужик, приплыл. Началось.
Жить стали у меня — потому что, правильно, у неё жилья нет, а у меня однушка. По началу даже прикольно: романтика, макароны на двоих, секс где попало и как попало, ссоры — по делу, и мириться приятно. Я думал — ну всё, семейный уют накатывает.
А потом — сюрприз. Через три года — залет. Совершенно внезапно. Без анонса. Без титров. Я был рад — реально рад. Впервые за долгое время мне захотелось чего-то стабильного, настоящего. Даже на секунду поверил, что вот она — та самая, с которой можно завести потомство, собак и кредиты на кухонный гарнитур. Но на третьем месяце — замирание беременности. Было больно. Нам обоим. Хотя я — как мужик, сдерживал, держал в себе, делал вид, что «нормально». А внутри, признаюсь, рассыпалось что-то.
После этого начался постепенный спуск на дно. Год-два скандалов, уходов к маме на 2-3 дня. Я думал, это просто волны. Ну, бывает. Главное — возвращается. А значит, любит. Верно?
Спойлер: ни хрена.
На пятый год решил — всё, пора расти. Продаю однушку, беру трёшку, делаю ремонт своими руками (руки-то у меня не из жопы), а ради этого даже временно увольняюсь — мы же договорились. Деньги были, ремонт шёл, я строил будущее. Она? Она ходила в отпуска и истерила, если я просил помочь с выбором плитки. Один раз попросил приехать пораньше — потолки устанавливали, грязи по колено. А она пришла в 11 вечера, ржущая с подружками. Я не понял — я строю гнездо, а она в клубах репетирует сольную жизнь?
Из обещанных ею покупок в квартиру — ничего. Только обещания. Из помощи — ноль. Из энтузиазма — минус сто.
И вот, пока я с грязью и моляркой, она сидит и нос воротит. Секс? Ну да, три раза в месяц под «по-быстрому, я устала». Устал я — так это не считается. Мужик должен. Особенно если временно безработный. Тут ей вообще стало весело — начали появляться ультиматумы: «Найдешь работу — хорошо, нет — я съезжаю к маме». Ага. Нашёл через два месяца — хорошую, перспективную. А осадочек остался. Знаете, когда женщина вместо «молодец» говорит «ну наконец-то», хочется не работать, а рыть землянку в лесу и молча там выть.
А потом — крик души. Поговорили. Она хочет знать планы. Я — как есть: «Семья. Дети. Свадьба. Я серьёзно». Она: слёзы, сопли, «я всегда за тобой пойду» — роман, не меньше.
И вот, кульминация: операция.
Не углубляясь в детали, сказала — после операции поедет к маме подумать. И тут включается мой внутренний детектор лжи. Что за хрень? Какой «подумать»? Мы только что всё решили. Ага, подумать… Классика. Обезьяна не отпускает старую ветку, пока новая не под рукой. Васёк. Сраный Васёк. Сколько их, этих Васьков, шныряют по любовным руинам в поисках халявной женщины, которая «так устала от непонимания»…
Про Васю узнал позже, когда она уже сказала: «Всё». Но стиль общения у неё поменялся ещё до этого — холод, отстранённость, пренебрежение. Из «ты мой любимый» в «ты мне вообще кто такой?». При этом, как водится, виноват оказался я. Ну конечно. «Ты сам всё разрушил», «я просто хотела подумать», «мне не хватало эмоций». Эмоций ей, блин. Купи себе вибратор с функцией Bluetooth и не мучай нормальных людей.
Я слил много слюней, признаюсь. Уговаривал, просил, нытьё включил. Был слаб, как котёнок после вакцинации. Но потом — озарение. Где-то между пивом и разговором с отцом (тот просто сказал: «Ты чего, дебил?») — меня отпустило. Стало как-то даже спокойно. Легко. Я ж не изменял. Я не орал. Я не бил посуду. Я делал всё как надо. А меня просто кинули под поезд, когда в вагоне уже сидел новый пассажир по имени Вася.
И что вы думаете? Через две недели звонит. Мол, скучает. Думает. Может, начать сначала?
Ага, конечно. Сначала. Только теперь у меня главная любовь — кофемашина. И тишина в квартире.
Санчас, как водится. Ездил к родителям, пожил у моря, пересмотрел «Офис» (весь). Начал спортом заниматься. Поднабрал клиентов. Поднакачал трицепс. А главное — на сердце тишина. Даже как-то жалко её стало — сидит там с этим своим Васенькой, которому, по слухам, и 100 грамм саморезов прикрутить — уже квест.
А я? Я купил себе новый стол. Установил домашний кинотеатр. Приглядел пару квартир под сдачу. Да и с девушками — как-то снова всё в порядке. Уж точно не с семёрками.
Вывод:
Не спасайте тех, кто прыгает с корабля первым. Особенно если под рукой у них уже спасательный Вася-парашют.
И помните, ребята: лучше в трешке одному, чем в однушке с истерикой.
Об авторе
