Мне двадцать пять. Ей — тоже двадцать пять. Пять лет вместе, три года в браке. Формально — союз молодых сердец. По факту — сюжет для “Мужского/Женского” с алкоголем, изменами и моральной импотенцией. Но без алкоголя. Мы здоровые лохи.
Началось всё, как и у всех идиотов: с бабочек. Много бабочек. Целый рой, как в фильмах, где мужик на войну идёт, а дома его ждёт нежная русоволосая. Только у меня была не русоволосая, а крашеная шатенка с прищуром доминатрикс и риторикой “ты опять сидишь в интернете, а не со мной смотришь сериал про жену маньяка и её кота”.
Познакомились на третьем курсе. Я — студент-информатик, айтишник с зачатками гениальности и полной социальной дислексией. Она — студентка чего-то гуманитарного: точно не запомнил, потому что у неё была фигура, которая убедительно объясняла, почему Достоевский в конце концов умер от эпилепсии. Полюбил с первого взгляда, как полагается человеку без критического мышления и с гормональным всплеском.
Через пару месяцев уже снимали квартиру. Обустраивали “уголок любви” на деньги моих родителей и её дяди, потому что сами были беднее лабораторной мыши. Все шло идеально, пока не началась… ПИЛЬ.
ПИЛЬ — это не болезнь. Это стиль. Состояние души. Видимо, в какой-то момент она поняла, что “ты много времени проводишь в интернете” — это не просто упрек, это философия. Она говорила, я слушал, продолжал работать. Она кричала, я отвечал “угу” и клепал интерфейс. Через пару месяцев я уже слышал её голос, даже если в комнате было тихо. Это как тики у ветеранов.
Потом я уехал. К родителям. На месяц. Работать. Спасать свой проект. Атмосфера дома была такая, что соседи начали выращивать грибы под нашими окнами — потому что влажно, душно, и в воздухе ощущение тлена. Уехал как лох, вернулся как герой. В кармане — деньги, в голове — амбиции, в сердце — ещё теплится любовь. А в квартире…
ВАСЬКА.
Да. Какой-то полудохлый, но борзый Васька с лицом, будто он сам только что из моего холодильника вышел. Не успел я спросить “кто это?”, как уже давал ему по шее. Стандартный русский рефлекс: видишь Ваську в своей квартире — бей. Потом выгоняй.
Её выгнал тоже. Гордо. На эмоциях. Как в кино. Красиво.
…Через неделю простил.
АЛЕНЬ. С большой буквы. В прямом смысле. В голове — рога, в сердце — надежда, в кошельке — билет на собственную свадьбу. Да, я на ней женился. Потратил кучу денег, которые мог бы вложить в крипту, бизнес или хотя бы в психотерапевта. Но нет. Я купил кольца, костюм, заказал фотографа и ресторан. Потому что “любовь — это про прощение”. Или про склероз, я уже не помню.
После свадьбы началось странное: всё наладилось. Уют, секс, забота. Я даже подумал — а вдруг она поняла? Изменилась? Осознала? Да, идиот. Просто уехали в медовый месяц — и у неё был нормальный интернет.
Прошёл год. Потом два. Потом внезапно мы начали заниматься сексом как госорганы — раз в месяц и только по письменному запросу. Её фраза “у меня ПМС” стала настолько привычной, что я уже и не ждал ничего другого. 30 дней в месяц у неё ПМС, остальные 2 дня — “голова болит”.
“Ну, у всех так”, — думал я. Карьера. Усталость. Гормоны. А я — мужчина понимания. Мужчина терпения. Мужчина, которому на лбу можно было татуировать “проходимец”.
Секса нет. Еды — тоже. Готовка исчезла вместе с ложкой, которой я однажды пошутил, что “ей можно мешать только скандалы”. Дома — свинарник. Срач. Как после обыска. Кот — единственное живое существо, которому я мог пожаловаться, но даже он меня начал сторониться, потому что пахло от меня отчаянием.
Однажды — проверил её “контактик”.
Да. До этого не проверял. “Доверие — основа брака”, помните? Открываю переписку — и буквально слышу, как в моей голове взрывается салют из фраз: “ты у меня самый родной”, “ты меня понимаешь”, “я бы хотела быть рядом с тобой, а не с ним”.
С НИМ. То есть не со мной. А со среднестатистическим абонентом Beeline по имени “Зайка Дима”.
Я не скандалил. Я просто ушёл. Взял рюкзак, ноутбук, dignity — остатки достоинства — и к другу. Там пил чай, не пил алкоголь — был трезв как рассудок женщины после семинара по феминизму. Через день вернулся за вещами. Она встретила на коленях, со слезами, как будто ей вручали “Оскар за лучшую измену”.
Я не ударил её. Но в голове был 18 век. Мечты о дуэли, шпагах и “вы обесчестили мою честь, сударыня”. Только я не Пушкин, а программист. И шпага у меня — MacBook.
Сейчас ищу квартиру. Не просто чтобы съехать. Чтобы начать сначала. Без слёз, драмы, ПМС и “Васька заходил чай попить”. Хочу, чтобы в доме было спокойно. Чтобы если не трахают — то хотя бы не выносят мозг. Чтобы если “устаю” — то по делу, а не от придумывания новых оправданий.
Иногда думаю — а может, зря я всё это? Может, можно было простить, проглотить, проглотить ещё раз?
Но потом смотрю в зеркало, вижу свои рога и думаю: “братан, ты не олень. Ты уже целое сафари.”
И да, смеюсь. Потому что жизнь — это комедия. Только с элементами трагедии.
И когда я найду новую квартиру, я заведу себе нового соседа.
И это будет не Васька.
А Freedom.
Об авторе
