Мне 34. Ей 35 с гаком. Гак этот, видимо, с рождения при ней был — мощный, каленый, боевой. Им она и разруливала всё, от ссор с соседями до моего жизненного пути. А ещё у нас есть сын, которому скоро 11, и он — единственный член семьи, кто пока не пытался меня выжить из квартиры. Хотя смотрит с интересом.
Познакомились мы в славном 2000 году, когда интернет был ещё по карточкам, а любовь — без Wi-Fi. Я — парень из города, где зарплаты были как нефть — пахли перспективами. Она — с другого города, где располагался наш институт, куда мы оба поступили на заочку. И вот встречаемся мы на установочной сессии: она — кокетка с глазами как блюдца, я — серьезный, с мешком книг и рюкзаком надежд.
Шесть месяцев безумства. Мы или любили, или выясняли, кто первый должен позвонить. Потом ЗАГС. Кто тогда думал, что брачные клятвы стоит прописывать мелким шрифтом?
Я совершил первую ошибку: вместо того чтобы предложить ей переезд ко мне — с перспективной работой, друзьями и мамой, которая печёт пироги с курицей, — сам перебрался к ней. Работа осталась, но зарплата — как селёдка под шубой на третий день: вроде есть, но мутит. И почему тогда не обсуждался вопрос переезда? Видимо, потому что гормоны перегрузили мозг.
2003 год. Родился сын. Долгожданный, любимый, и даже имя ему выбирали вместе — не подрались, и то хорошо. Я, окрылённый, ухожу с работы мечты на другую — менее денежную, но перспективную. Ныряю с головой. В работу, не в счастье. Хотя тоже казалось.
Первые звоночки звенели тихо. Потом начали бить в набат. Сначала это были ссоры на фоне денег — я стал поставщиком хлеба, молока и тишины, а она — вечно обиженной богиней усталости. Потом — громче: скандалы, слёзы, драматический разворот в сторону «давай разведёмся — это оживит отношения». Ага. Как водка — похороны.
Я — идиот. Подписал. Без претензий к сыну, без мыслей в голове. Месяц медового развода. Потом — топор. Не в сердце — в спину. «Я уезжаю к маме. Квартиру продам. Тебе половину переведу». Какой щедрый человек. Только не уточнила, в какой валюте и когда. Уехал я. В коттедж к родителям. Начал пить. Потом — встретил девушку. Красивая, добрая, не бьёт по морде. Неделя — и я снова человек. Новый стиль, новый гардероб, новый взгляд на жизнь. Даже выпрямился.
БЖ (бывшая жена) начала названивать. Мол, забери книги. Мешают. Книг — тыща. А я думал, сыну пригодятся. Терпел. Терпел. Потом плюнул — поехал. Там: сын, тёща, стол, разговоры. Потом — вуаля! — я в постели с БЖ. Как-то, видимо, поскользнулся на пороге, упал — и прямо в постель. А там: слёзы, извинения, старые ласки. Снова вместе. Повторная свадьба. Второй брак на одних и тех же граблях.
Жизнь налаживается: работа, рост, деньги, квартира блестит. А потом — дежавю. Жена хочет сменить работу. Я — как честный предприниматель — предлагаю: «Давай бизнес. Ты — ищешь заказы. Я — исполняю». Сначала — работает. Потом — гонка, усталость, коньяк, офис, коньяк. Понимаю — или гроб, или бизнес. Выбираю бизнес.
И всё. И снова начинается. Ссоры. Крики. Жена — как пчёлка, только вместо мёда приносит скандалы. Общественная работа, конкурсы красоты, встречи, телефонные разговоры, где неизвестный мужик называется «морденцией». Ага. То есть я теперь кто? Морда №2?
Август. Пик сезона и моего терпения. Нахожу её переписку: Египет. Мама. Голландец. Совпадение? Не думаю. Скандал. Бутылка. Потом — как всегда — примирение. Секс, слёзы, обнимашки, повтор. Уже как у Netflix — сезон пятый, серии всё мрачнее.
12 дней назад. Пьяные оба. Она — хорошо, я — нормально. Собираемся заняться чем-то, напоминающим брак. Она в душ. Потом я. Выхожу — лежит. Подхожу — отталкивает. Потом говорит: «Делай, что хочешь, всё равно ты меня не удовлетворяешь». Занавес. Я — в ярость. Двери — в щепки. Она — в истерику. Уехала с сыном к маме. Я — в бутылку.
Пытался выяснить — что, почему, куда дальше? Она — в стиле «загадка без ответов»: «Я люблю, но не могу», «Ты всё ломаешь», «Я устала», «Ты не меняешься». Я: «Ты за или против?» Она: «Против». Всё. Блок везде. Как в Call of Duty — враг заблокирован, связи нет.
Читаю форумы, плачу, смеюсь. Удивляюсь, сколько нас таких. Людей, которые вместо супа варят драму, вместо поцелуев — крики, вместо диалога — ультиматумы.
Но знаете, что смешнее всего? Я ведь всё равно её люблю. Ну, по-своему. Как любишь старый диван — вроде и неудобный, и скрипит, и пружина в заднице, а выкинуть жалко. Привык.
Сейчас я снова в родительском доме. Коттедж. Тишина. Чай без криков. За окном кошка ловит бабочек. На душе — легкий сумбур. В голове — мысль: может, с третьего брака зайдёт?
Но пока — перерыв. От женщин, от страстей, от диалогов в стиле «А вот ты!..». Я на перезагрузке. Мама печёт пироги, папа косит газон, сын играет в Minecraft, и только WhatsApp грустно молчит.
Но я не унываю. Я — как Жан-Клод Ван Дамм в рекламе — между двух грузовиков, на шпагате, с бокалом коньяка. Живу. Думаю. Дышу. Готовлюсь ко второму тайму.
А может, вообще — к новому сезону. С другим режиссёром. Без гака.
Об авторе
